Byliśmy, Jesteśmy, Będziemy

Гипотеза о том, что текст заговора отражает обряд или ритуал не нова, об этом писали в том или ином ключе [на славянском материале] Потебня, Зелинский, Познанский, Zibrt, Шиндин, Харитонова и другие. Новые исследователи заговорных текстов Калинкина и Прозоров решили сразу брать высоты научной мысли: реконструировать не какой-нибудь скучный мотив пути на основе эпических заговоров, а древний обряд славянского богопочитания.

И так, по главам:

1) Введение (почему-то написано от первого лица в единственном числе (по стилистике - Прозоров), хотя авторов заявлено двое). Вначале авторы делают скудную попытку показать историографию изучения восточнославянских заговорных текстов, после чего сразу переходят к критике неоязычников и их ритуалов. Далее авторы на пяти страничках дают краткий "анализ" заговорных текстов. Несмотря на намерения авторов "придерживаться научных методов" С11, при знакомстве с их анализом заговорных текстов мною "наука" замечена была не особо. Одним из основных представленных аргументов большей сакральности заговорных текстов из рукописных сборников относительно заговорных текстов устной традиции было то, что "информанты" не сообщали истинные заговоры собирателем, т.к. разглашение "тайных слов" теряло их силу. Известно [Смилянская, Топорков], что тиражирование и продажа тетрадок с заговорными текстами было делом довольно прибыльным, так почему авторы считают проданный простолюдину (например солдату) сборник заговорных текстов на рынке более "сакральным", чем записанный заговорный текст в момент непосредственного присутствия собирателя на магическом обряде, остаётся загадкой. Авторы пользуются довольно ограниченным перечнем источников, в том числе трудом Забылина, в который включены заговоры, выдуманные непосредственно неким Книголюбовым (авторы нечто подобное оговаривают, но источник всё же почему-то решают цитировать). Вообще же авторы не показали какого-либо критического отношения к тексту, с которым они работали (подробнее об этом ниже). В результате подобного "экспресс-анализа" авторы практически отсекают заговоры устной традиции, т.к. считают что эти заговоры, записанные в 19 веке, стали "беднее и проще" С13 в том числе в результате чего "непригодны - или, скажем мягче, малополезны - для реконструкции..." С15. При этом существует довольно обоснованная гипотеза, которая предполагает, что как раз заговоры "попроще" и есть наиболее архаичные заговорные тексты [например, Познанский 1917, Завьялова 2006, Агеева 1982 и др.] (безусловно в рамках общей тенденции исследователями выдвигались различные гипотезы), и обратное, что рукописные тексты имеют заметные следы искусственного происхождения и христианского влияния [Топорков 2010 и др.]. Никаких аргументов по существу в пользу большей архаичности материала рукописной традиции 17-18 века относительно материала устной традиции 18-19 вв. из архаичных регионов Славии авторы фактически не привели, кроме критерия соответствия материала своей гипотезе и опять же своим представлениям. Или в качестве одного из "скрытых" аргументов читателю как бы невзначай сообщается что "некоторые заговоры из сборников XVII века едва ли не полностью совпадают с текстами на свинцовых табличках X века, найденных недавно болгарскими археологами" С23. По всей видимости это пересказ слов из Топорков 2010, т.к. судя по списку литературы, авторы с оригинальными трудами не знакомы, вероятно именно поэтому они не считают ненаучным использовать подобное сопоставление с используемыми для обоснования своей гипотезы мотивами заговорных текстов. Наличие в рукописной традиции заговоров-молитв с 15 века каких-либо мыслей об осторожности работы с рукописными заговорными текстами у авторов так же не стимулирует. Так же авторы утверждают что "в некоторых заговорах сохранились тексты обрядов славян-язычников" С26, по всей видимости имя в виду "деградацию" этих обрядовых текстов в заговор (С27), в таком случае по сути отрицая множество считающихся актуальными научных исследований по генезису заговорных текстов [см. Агапкина 2005, Вельмезова 2005, Юдин 1997, Агапкина-Топорков и др.]. Но Прозоров и Калинкина даже не пытаются полемизировать по этим вопросам, научные исследования десятков авторов и самые обоснованные гипотезы просто игнорируются (если авторами подразумевается проникновения некоего древнего обряда в заговорные тексты  в позднее средневековье - это в меньшей степени, но всё же опять же нуждается в пояснении и аргументации, т.к. идёт в разрез со многими считающимися актуальными исследованиями) . Помимо проблем неоязыческого движения и вышеуказанного "анализа" заговорных текстов во введении авторами даётся краткая история судебных заговорных дел (преимущественно пересказ выдержек судебных дел из "Отреченное... 2002", после чего авторы переходят к описанию индоарийского богослужения "дхьяна" и отмечают что он "удивительно напоминает русский заговор" С24. Какой именно тип "русского заговора" напоминает авторам чужеземный обряд, они не уточняют (что уже странно. т.к. типы заговорных текстов различны), но как мы с вами уже выяснимили, речь идёт о "полных" русских рукописных заговорах.

Что касается материала по "индоарийской традиции" - судить не могу, я абсолютно не в теме.

В результате на основе сопоставления русских рукописных заговорных текстов и индоарийского богослужения авторы выдвигают гипотезу о реконструкции "славянского обряда богопочитания" С33 на основе русских рукописных заговорных текстов.

2) Обрядовый строй. В этом разделе в соответствии с намеченными этапами предполагаемого "славянского богопочитания" авторы начинают вычленять описание предполагаемых этапов из рукописных заговорных текстов. Авторы совершенно не задаются вопросом, могли ли эти предполагаемые этапы попасть в рукописные заговоры путем миграций. Такие случае известны, например, тип Второго Мерзербугского заклинания, следы которого имеются ещё в Артхарваведе, через Германию мигрирует на земли западных, а потом и восточных славян [Завьялова, 2005]. Считают любые гипотезы о миграции не обоснованными? Скажите об этом, а ещё лучше обоснуйте их. Но авторам это не надо. Т.к. авторы не делают никаких отсылок к работам, посвященным генезису и структуре рукописных заговорных текстов (встаёт вопрос, знакомы ли они с ними), соответственно авторы даже не задаются вопросом, возможно ли возникновение вычлененных ими древних "отдельных этапов" в поздние времена, таким образом, например, типовой Зачин, который по мнению ряда исследователей возник лишь в 16-17 веке [Юдин, 1997], авторы органично рассматривают в своей теории без каких либо оговорок. И, например, заметив что "огораживание" в заговорных текстах преимущественно следует за "одеванием", и что эта "путаница" с их теорией не вяжется, "сбивает с толку" С87, просто переставляют "огораживание" наперед "одевания". Безусловно, никаких аргументов против того, что к эпическому заговору с мотивом мифологического центра вида "море/поле-(остров)-дерево/камень" (по мнению ряда авторитетных исследователей явлению в восточнославянских заговорах позднему ~14-15 века), который уже содержал в зачине "огораживание" позже добавляется мотив "одевания" в результате чего и получается такой порядок действий, авторы не предлагают. Им это не надо, им достаточно только "логики вещей", базирующейся на их гипотезе. "Исследования" в подобном русле привели авторов к замечательным результатам, например, при "анализе" одного из элементов зачина - "чудесного одевания", который по мнению ряда исследователей мог возникнуть на основе апокрифических молитв, сюжета 103 псалма и иных церковных произведений [Топорков 2005], в качестве "изначально  существовавших (языческих-slavjr) двух канонических формул" С101 авторы предлагают читателю две формулы, которые они вывели на основе частоты упоминания "элементов формулы" в заговорных текстах (при ограниченном использовании источников встречающаяся в них идентичная формула одного и того же автора учитывалась несколько раз). Никаких попыток вычленить фольклорные элементы, проникшие в мотив чудесного одевания авторами произведены не были. Наоборот, для реконструкции "древнеязыческого обряда" прекрасно подошли образы из 103 псалма, молитв и прочей церковной литературы. Например, известный по 103 псалму образ в Зачине русских заговоров "Одеяюся светом, яко ризою, покрываюса облаком". Или вот элемент опоясывания крестом из южно-славянской апокрифической молитвы «Облекохсе небеси...  и препоясасе крестомь" руководствуясь логикой авторов, на самом деле есть в христианской молитве солнце, которое "иногда заменяется крестом - очередным подтверждением солнечного, языческого происхождения этого символа в заговорах" С98. Это что касается из наиболее прекрасных реконструкторских достижений авторов. Что же касается дискуссии по весьма спорным мотивам,  является ли "древнеязыческий элемент" "оденусь солнцем" в рукописных заговорных текстах фольклорным мотивом и/или же заимствованием образа "облечения солнцем" из Откровения ап. Иоанна Богослова и/или формулы "одеяйся светом" из того же 103 псалма, оставлю её на откуп исследователям. В рамках авторского "исследования" есть вопросы и более мелкого характера, вроде несоответствия предлагаемого примера, так в качестве иллюстрации сюжета "исправление ошибок" в таблице даётся чистый "замок" - "и посему быть моему слову и чистому заговору" С138. Возникает вопрос о целесообразности в качестве подтверждения какому либо примеру приводить идентичный текст из одной тетради одного и того же автора. С88. Ну вообще это мелочи. А вот проводилась ли при статистической обработке "отбраковка" заговоров, явно имеющих следы искусственного происхождения, это уж...

Третья часть книги - Кто есть кто (и где) в русских заговорах. В ней авторы пытаются "установить соответствие персонажей с упоминаемыми в древнерусских источниках древнерусскими божествами" С174. Как вы уже догадываетесь, ни о каких опубликованных исследованиях на данном направлении авторы не упоминают, и работами, посвященными исследованию персонажей заговорных текстов не пользуются. Предлагают собственные компиляции, порой в худших традициях мифологической школы. По ряду обозначенных в данной части книги наблюдений уже опубликованы десятки работ, отсылка к которым не ведётся. По причине вышеобозначенного и того, что по сути этот раздел не влияет на доказателньую часть гипотезы останавливаться на нем смысла не вижу.

В заключении своей работы авторы предполагают что "найдется немного охотников ... следовать восстановленной в нашей книге схеме" С306. Безусловно авторы видят эти причины не в своём труде, а в приоритете читателей "своих наработок" или желании "быть проще". Поэтому не исключено, что новую работу культовый среди неоязычников автор опять начнёт с критики в адрес своих соратников, которые не захотели "восстанавливать" "славянский обряд богопочитания" на основе христианских произведений и элементов "троеверия".

В своей "рецензии" я затронул только аспекты методики работы авторов с заговорными текстами и их владение материалом по данному вопросу, т.к. только это по сути является ключевым при разработке обозначенной авторами гипотезы. Я целенаправленно не трогал различные мифологические построения и прочие изыскания, в том числе и безусловные очевидные вещи вроде "почитания земли" у славян. К сожалению, я не могу отозваться на призыв авторов "если и будет критиковать... с целью дополнить, расширить" С306, ибо считаю такие формулировки в отношении их работы слишком мягкими, однако смею их заверить что и "цели самовозвыситься"С306 почти анонимный жж-пользователь salvjr не преследует, как и в получении какой-либо личный выгоды от потраченного времени на написание сих строк (моя выгода в том, что я открыл книги и освежил знания по теме). Ещё Буслаев пытался сопоставить заговорные тексты с индийскими мантрами, однако, за полтора века исследователи заговорных текстов провели огромную работу по сбору, систематизации и анализу заговорных текстов. Были выявлены маршруты миграции сюжетов, отдельных частей заговорных текстов, локализованы возможные области возникновения мотивов и источники их заимствования (безусловно, вероятно ещё больше вопросов остаётся открытыми). При прочтении профанской работы Прозорова и Калинкиной может показаться, что не было этих полутора веков развития научной мысли.

Список использованной литературы:
Агапкина-Топорков - Агапкина Т.А., Топорков А.Л.  - Указатели заговоров: проблемы и перспективы http://www.ruthenia.ru/folklore/agapkinatoporkov1.htm
Агапкина 2005 – Агапкина. Т.А. Сюжетный состав восточнославянских заговоров (мотив мифологического центра) / Заговорный текст. Генезис и структура М.,2005
Вельмезова 2005 – Вельмезова Е.В. О географии распространения и изучения заговоров в Чехии / Заговорный текст. Генезис и структура М.,2005
Завьялова 2005 – Завьялова М.В. Проблема миграции заговорных сюжетов эпического типа в балто-славянском ареале / Заговорный текст. Генезис и структура М.,2005
Завьялова 2006 - Завьялова М.В. Балто-славянский заговорный текст. М.,2006
Отреченное... 2002 - Отреченное чтение в России XVII-XVIII веков. Отв. ред. Топорков А.Л., Турилов А.А. М.,2002
Познанский 1917 - Опыт исследования происхождения и развития заговорных формул, Петроград 1917
Топорков - Топорков А.Л. Магические тексты в устных и рукописных традициях России XVII-XVIII вв. http://www.rastko.rs/rastko/delo/12026
Топорков 2005 – Топорков А.Л. Мотив «чудесного одевания» в русских заговорах XVII-XVIII вв. / Заговорный текст. Генезис и структура М.,2005
Топорков 2010 – Топорков А.Л. Русские заговоры из рукописных источников ХVII — первой половины ХIХ в. М.,2010
Харитонова 1992 - Харитонова В.И. Заговорно-заклинательная поэзия восточных славян. конспекты лекций. Львов, 1992
Юдин 1997 - Юдин А. В. Ономастикон русских заговоров. Имена собственные в русском магическом фольклоре. М., 1997
Юманова 1988 - Юманова Т. С. Номинация лица в русских народных заговорах: Дис. ... канд. филол. наук. - Л., 1988. - 202 с.
Agapkina, Tatyana - Parallel Motifs in Healing Charms of East and West Slavic Peoples / Oral Charms in Structural and Comparative Light. M.,2011


UPD:01.01.2011 2:38мск Причесал текст немного: поправил кое-где стилистику и ошибки.